1721

Елена Немировская: просвещение и воспитание гражданина в нашей стране возможно

Среди более 10 тысяч выпускников Московской школы политических исследований — неправительственной некоммерческой организации, основанной в 1992 году, — есть мэры городов, депутаты, главы муниципальных образований, известные журналисты, предприниматели, гражданские активисты. На семинарах Школы выступают Александр Волошин, Аркадий Дворкович, Михаил Задорнов, Никита Белых, Владимир Рыжков, депутаты Европарламента, послы европейских стран и США, известные западные ученые, журналисты, интеллектуалы.

Есть среди выпускников МШПИ и новгородцы. Это известные в нашем регионе личности: социолог Ольга Артамонова, зав кафедрой журналистики НовГУ Татьяна Каминская, член Совета Общественной палаты Новгородской области, директор Фонда «Гражданская инициатива» Артур Смоляр. «Школа дает каждому возможность качественного общения, создает уникальную интеллектуальную атмосферу. Участник семинара может раскрыться для себя и для окружающих: почувствовать себя свободной личностью, пробует понять, что для развития своей страны, ее модернизации, может сделать он сам, лучше понимает процессы, происходящие в глобальном мире, да и просто знакомится с интереснейшими людьми, своими коллегами из разных регионов страны и зарубежья», — говорит Артур Смоляр.

Сейчас в Школе начинается новый 19-й образовательный сезон. И у новгородцев есть все шансы стать слушателями семинаров. О том, чем же интересна и полезна может быть Школа, мы попросили рассказать ее основателя, кавалера Ордена Почетного легиона Франции и обладателя Ордена Британской империи Елену Немировскую.

— Елена Михайловна, для тех, кто никогда не был на ваших семинарах, расскажите, что такое Московская школа политических исследований, и для чего она нужна?

— Школа — это площадка для дискуссий на такие темы, как верховенство права, гражданское общество, современная экономика, эффективность демократических институтов, современные СМИ, в которых принимают участие молодые люди практически из всех регионов России и других посткоммунистических стран. На наш взгляд, такие дискуссии необходимы, чтобы мы, наконец, начали понимать друг друга. Мы занимаемся гражданским просвещением. Девиз Школы: «Гражданскому обществу — гражданское просвещение!».

— А как вообще начинался этот проект, откуда появилась Школа?

— Несмотря на все запреты, которыми ограничивала нашу жизнь советская власть, мы не могли отказаться от естественной человеческой потребности: встречаться и обсуждать не только личные проблемы, но и что-то значимое для страны. Вся моя сознательная жизнь прошла на так называемых кухнях, и нам с Юрой (муж Елены Немировской, сооснователь Школы философ Юрий Сенокосов — прим. автора) повезло: на наши «посиделки» приходили не только российские интеллектуалы, но и иностранные. Объединяющей для всех фигурой был Мераб Мамардашвили. Незадолго до смерти в 90-м году он был непосредственным участником обсуждения идеи Школы. Дальше события стали развиваться совершенно неожиданно: в Россию на встречу с Ельциным приехала Генеральный секретарь Совета Европы Катрин Лалюмьер, и нам практически случайно удалось передать ей две странички с описанием задуманного. Примерно через полгода раздался телефонный звонок из Страсбурга. Оказывается, Совет Европы принял решение поддержать Школу как свой пилотный проект в России. Так мы начинали.

— Школа существует уже почти 20 лет. Проблемы с гражданским обществом, верховенством права и эффективностью демократических институтов в стране остаются. И нельзя сказать, что за последние два десятилетия Россия так уж сильно продвинулась вперед в этом направлении. Нет ли у вас ощущения тупика?

— Сегодня все, кто думают о стране, понимают, что у нас что-то не получается, надо что-то менять. У многих это вызывает скептицизм, но некоторые предлагают те или иные инструменты, с помощью которых, им кажется, можно получить желаемый результат. Я принадлежу к тем, кто верит в просвещение и воспитание гражданина в нашей стране. Прорыв возможен только с помощью людей, которые осознают, что у партии власти должна быть оппозиция, что СМИ должны быть независимыми, как и суды, что стране нужны честные выборы (даже если страна иногда выбирает не того, все равно это лучше, с точки зрения будущего страны, чем авторитарная власть). Это все известные вещи. Школа не учит, но показывает, что это возможно и необходимо.

— Молодые люди приезжают в Школу уже сформировавшимися людьми, и все-таки вы надеетесь, что они поймут и примут эти ценности. Как вы об этом узнаете?

— Если удается создать интеллектуальную атмосферу взаимного понимания, когда возникает доверие — это здорово. Если человек открыт к пониманию, значит, он уже понимает. И тогда начинается диалог вместо монолога. И для участия в этой непрекращающейся дискуссии многие выпускники, да и эксперты приезжают к нам снова и снова. Значит, все это продолжает быть интересным. Повторюсь, Школа не учит, а провоцирует к размышлению. Если это получается, цель достигнута. Это не результат, человеческое сознание — это процесс.

— Как вообще ведется отбор на семинары? Что нужно, чтобы попасть в Школу?

— Желательно, чтобы участникам было не больше 35 лет, чтобы они были из регионов (из Москвы мы стараемся приглашать по минимуму), чтобы активно участвовали в гражданской жизни. Зарегистрироваться, подать заявку, а также узнать другие подробности можно на сайте Школы.

— А как вы выбираете экспертов? И как долго готовятся ваши семинары?

— К семинарам — не важно, проходят они в подмосковном Голицыно, Иркутске, Кирове, на Кавказе, Дальнем Востоке или за пределами России: в Страсбурге, Париже, Мадриде, Берлине, Варшаве, Стокгольме, США — мы готовимся обычно около года. За это время находим экспертов, которые считают необходимым говорить с людьми, которые чувствуют современность и могут с помощью правильной расстановки акцентов за полтора часа зацепить и заинтересовать аудиторию.

— А что вы думаете об объявленном президентом Медведевым курсе на модернизацию? Получится ли из этого что-нибудь или все ограничится декларациями?

— Думаю, что без модернизации социальных отношений любая другая модернизация столкнется с проблемами. Модернизация социальных отношений предполагает, прежде всего, эффективность формальных институтов и верховенство права. Наши эксперты в последнее время обычно подчеркивают и стремятся донести до слушателей, что без человека, качества его образования и гражданского воспитания говорить об успехе модернизации не имеет смысла.

— Глядя на выпускников, которые приезжают в Школу из разных уголков страны, каким вы видите развитие России за последние два десятилетия?

— До 2002 года в Школе было больше ярких личностей, однако средний их уровень был значительно ниже, чем сейчас. Поэтому я с уверенностью могу говорить о развитии. Но что любопытно. Мы «теряем» не Дальний Восток и Сибирь, не Кавказ, мы «теряем» в стратегическом развитии Европейскую часть России. Мы чаще видим на семинарах Школы молодых людей из Перми и Томска, Красноярска, Грозного, Махачкалы, и почти не видим из Смоленска, Владимира, Костромы, Тулы, Твери... Центральная Россия более пассивна.

— Вас часто упрекают, что Школа живет исключительно на западные деньги. Это правда?

— На мой взгляд, западные фонды, помогающие гражданскому просвещению в России, участвуют в очень важном процессе. Деньги тратятся не на «заговор», как некоторые считают, а на то, чтобы говорить с цивилизованным миром на одном языке, в чем заинтересованы и Россия, и Запад. Но у нас далеко не только западное финансирование. Например, депутат Госдумы, основатель группы компаний «Рольф» Сергей Петров уже не первый год делится со Школой собственными сбережениями. Когда мы проводим региональные семинары, все расходы берут на себя местные администрации. Да и слушатели, которые приезжают на семинары Школы, тратят собственные деньги на то, чтобы до нас добраться, берут отпуск за свой счет. В общем, можно сказать, что в настоящий момент Школа финансируется примерно наполовину западными деньгами и наполовину российскими. Разумеется, было бы лучше полностью перейти на отечественное финансирование.

— А какой вы видите Школу в будущем, предположим, через десять лет?

— Многое не изменится. Однако то, что мы сейчас делаем в регионах — обсуждаем на круглых столах проблему языка гражданского общества, организуем художественные выставки, начинаем разговор о перспективах введения в школьные учебные программы предмета «воспитание гражданина» — это и расширение нашей аудитории, и поиск новых форм партнерских отношений и сотрудничества с существующими в стране институциями. Мне кажется, Школа — уникальный эксперимент в том смысле, что мы здесь думаем об общественной задаче, назовем ее «строительством демократии». На первый взгляд, это абстрактная формула, но мы в нее вкладываем вполне определенный смысл. Речь идет о строительстве современного государства, а для этого должно появиться реальное гражданское общество и грамотное, профессионально мыслящее поколение. Я считаю, это важная, интересная и достойная цель.

Полный текст интервью можно прочитать на сайте Московской школы политических исследований