– В этом году были большие опасения, что из-за непогоды археологические работы на Пятницком втором раскопе вы не успеете завершить до начала нового учебного года. Елена Владимировна, почему настолько важно было закончить его в 2026 году?

Оба раскопа «Пятницкий I» и «Пятницкий II» раскопы были научными. То есть существовали для того, чтобы учёные имели возможность в спокойном режиме заниматься изучением истории древнего русского города, чтобы здесь могли проходить практику студенты НовГУ, чтобы благодаря грантам и проведению летней археологической школы к изучению истории Средневековья могли приобщиться школьники, причём не только Руссы и Новгорода, но и из других городов России.

Пятницкий первый был изучен за десять лет (с 2002 по 2012 годы – прим. ред). На Пятницком втором мы начали работы в 2013 году. Мощность культурного слоя в данной части Старой Руссы составляет шесть метров, даже несколько больше, как выяснилось.

И если до 2020 года российские научные фонды финансировали научные археологические раскопки, то вот уже шесть лет как такого централизованного финансирования не существует. Работаем на средства университета и за счёт грантовой деятельности.

По нашим расчётам в 2026 году мы должны были дойти на Пятницком до материка и завершить работы. Половину площади раскопа мы за лето сделали. Но август оказался настолько дождливым, что мы еле успевали откачивать воду. Плюс случился обвал шестиметровой стенки раскопа. Никто не пострадал, поскольку в дождь работы не ведутся. И повезло, что осыпь упала на материк (территорию, которую успели зачистить – прим. ред). Мы не могли оставить половину раскопа незавершённой ещё на один год, поскольку средств на это у нас не было.

– В группе Старорусской археологической экспедиции в соцсети был брошен клич о волонтёрской помощи Пятницкому раскопу. Кто откликнулся?

Первыми пришли на помощь студенты НовГУ и выпускники вузов со всей страны, которые когда-то проходили практику на Пятницком. Благодаря усилиям студентов и преподавателей НовГУ, наёмных работников и волонтёров-археологов, нам удалось справиться с поставленной задачей: завершить раскопки до начала нового учебного года.

– Когда вы разместили фото завершённого Пятницкого раскопа, в комментариях всерьёз поинтересовались: «Его залили бетоном?». Спрашивали и про «глубинную впадину».

Так на самом деле выглядит материк: серая глина. Это территория, на которую, как говорится, «ещё не ступала нога человека». А когда люди сюда пришли и стали вести хозяйственную деятельность, то как раз и начал формироваться культурный слой, который археологи изучают: шесть метров за тысячу лет.

Что касается «глубинных впадин» и других ям, которые видны на фото, – археологи называют их материковыми ямами – это творение рук человеческих: ямы, вырытые для хозяйственных отбросов, а также ямы от вбитых в землю кольев для строительства частоколов или построек.

– Шестиметровый культурный слой на Пятницком каждый год приносил археологам сотни или даже тысячи важных для науки находок?

Получена огромная коллекция – около 40 тысяч предметов разного времени. За тринадцать лет на Пятницком втором найдено 19 берестяных грамот и другие не менее важные и драгоценные находки. Это не только редкие артефакты, но и информация о том, как менялась застройка, начиная с XI и по XV век, и даже по XIX век. Как часто она менялась. Как жители Русы торговали с другими городами и даже странами. 

Богатая коллекция находок Пятницкого раскопа позволяет нам перенестись в мир средневекового человека. Помогает понять, чем он жил, как он жил, чем он пользовался, какие у него мысли в голове были. Когда мы берём, например, в руки деревянную ложку с красивым резным орнаментом, мы можем себе представить на минутку мастера, который вырезал эту ложку, потом, как ею пользовались, и почему именно этот орнамент нанесён, и много всего другого.

– Расскажите о последних находках Пятницкого второго раскопа. Последних в буквальном смысле этого слова. 

В этом году Пятницкий нас порадовал уникальными находками, обнаруженными в слоях XI века. Это редкие для данного периода амулет-змеевик и крест-энколпион (складень или крест-реликварий – прим. ред). 

Крест точно носили долго, потому что с одной стороны он истёрт. Мы надеемся, что сохранилось внутреннее содержимое. Обязательно сделаем анализ и узнаем, что там могло быть внутри. Например, «святая земля», частицы мощей счвятых или другие реликвии, как обычно в этих случаях бывает.

Есть монография по крестам-реликвариям, однако все находки таких крестов приведены вне стратиграфического контекста и датируются только по аналогиям XII-XIII веков. После нашей находки на Пятницком мы можем «удревнить» кресты-энколпионы, то есть утверждать, что такой тип крестов появляется на Руси уже в XI веке. И это важное замечание.

Впрочем, меня это не удивляет, потому что по материалам Борисоглебского раскопа, на месте которого сейчас стоит гостиница в «Визави», мы знаем, что христианская община в средневековой Русе появилась уже в первой половине XI века. У нас тогда тоже были такие находки как крест-энколпион, а также деревянная чаша с крестом на дне и с резьбой в виде рыбьей чешуи и церковные свечи, по всей видимости, литургические.

Также мы нашли следы ювелирной мастерской, которую в предыдущие годы исследовали на соседнем Пятницком первом раскопе. То есть та усадьба, по всей видимости, в древности была гораздо больше, чем мы полагали.

Из вполне ожидаемых находок Пятницкого – солеваренные печи в больших количествах в самых ранних слоях. Это ещё раз подтверждает наши полученные ранее данные: главной основой для возникновения города стало солеварение. 

– Что будет в дальнейшем с территорией Пятницкого научного раскопа?

Мы передаём её городу. Засыпать раскоп нам не потребуется. Насколько я поняла, уже есть претенденты на строительство здесь здания, а значит город сможет продать участок и существенно пополнить казну. Застройщику даже не придётся копать котлован. 

– Какой следующий научный раскоп будет в Старой Руссе? И в какой части города вы хотели бы его видеть?  

К сожалению, замахнуться вновь на шестиметровый научный раскоп мы уже не сможем, потому что, как я уже говорила, с 2020 года централизованного финансирования научных археологических раскопок не производится. Надеюсь, когда-то это изменится.

И тогда для археологии Старой Руссы было бы интересным изучить культурный слой западнее сегодняшнего Пятницкого раскопа, ближе к улице Пушкинской. По моим предположениям, именно там древнее ядро средневекового города. 

– Кроме научных раскопов в Старой Руссе практически каждый год есть раскопы спасательные. Поясните, в чём разница и какой спасательный был в 2026 году. 

В соответствии с федеральным законодательством археологические исследования должны быть проведены на всех предназначенных под застройку или под прокладку коммуникаций участках, которые находятся в границах объектов культурного (археологического) наследия. Благодаря таким раскопам история города каждый год пополняется новыми научными данными. 

Спасательными эти раскопы называются потому, что при строительстве нового здания на данном участке от безвозвратного уничтожения спасаются объекты археологического наследия, то есть информация о нашем прошлом, изучение которой даёт нам понимание, кто мы и откуда.

В этом году мы продолжили работу на спасательном раскопе «Ильинский-II», который частично начали исследовать в 2025 году. Он находится на пересечении улиц Минеральная и Ломоносова, рядом с кафе «Ильмень».

– Здесь тоже дошли до материка и уже передали территорию заказчику. Чем археологов порадовал Ильинский второй?

Интересный получился раскоп: с одной стороны, неожиданный для нас, а с другой – обнадёживающий. Порадовало, что данные с Ильинского второго раскопа полностью подтверждают высказанные нами ранее предположения о том, как строился город в Средневековье и как он функционировал.

Дело в том, что уже третий год мы работаем над проектом «Геоинформационная система. Топография Старой Руссы по письменным источникам» (по Писцовой книге 1624 года – прим. ред). На картографическую современную основу наносим улицы, дворы или, как мы любим говорить, усадьбы. И в результате получаем интересную картинку: совпадают ли современные улицы с древними, кто где жил, каким монастырям какие территории принадлежали. 

Вот и Ильинский второй раскоп позволил подтвердить правильность наших расчётов. Ведь самая ранняя топографическая основа для Старой Руссы у нас датируется XVIII веком. Тогда ещё не было современных приборов для снятия планов местности. А сегодня, ориентируясь на те топографические ориентиры, которые никуда не переместились, мы смогли получить некую виртуальную карту Русы Нового времени. 

И для этой работы самой важной находкой на Ильинском втором раскопе для нас стала мостовая средневековой Ильинской улицы, небольшой кусочек которой вошёл в раскоп. Было вскрыто около пяти ярусов, вплоть до XIV века. Именно эта мостовая позволила убедиться в том, что наши расчёты верны. И это очень важное открытие для понимания, каким была данная часть города в Средневековье, в Новое время.

– А неожиданностью Ильинского раскопа стало, по-видимому, кладбище?

Да, кладбище или некрополь, как принято говорить у археологов, безусловно, стало важным открытием на этом раскопе. Захоронения, по всей видимости, производились вдоль главной дороги Русы того времени (Ильинской – прим. ред). И, предположительно, относились к некрополю Ильинской церкви.

Учёным известен в Старой Руссе Ильинский храм XVII века, который находился примерно на том месте, где сейчас стоит дом с муралом Достоевского. Но, по всей видимости, более ранний храм располагался южнее или юго-западнее этого места. И обнаруженный нами некрополь связан как раз с более ранним храмом. 

Изученные погребения предварительно датируются XI-XII веками. Большинство из них – безинвентарные, то есть совершённые уже полностью по христианскому обряду, отвергавшему «снабжение» человека в загробном мире какими-либо атрибутами: оружием, горшками с пищей, животными. Только в одном погребении был крестик: традиция их ношения достаточно поздняя, поэтому отсутствие крестиков в других могилах – это нормально для Средневековья. Ещё в нескольких захоронениях были найдены фрагменты одежды: пряжка, кольца от ремня. 

Встречаются и погребения христианского обряда по форме, но с элементами дохристианской обрядности: украшения, глиняный горшок, использование бересты. В частности, одно из исследованных нами погребений сделано под невысокой курганной насыпью, по периметру зафиксированы ровики, с южной стороны череп лошади. Исследователям ещё предстоит изучить останки и принцип погребального ритуала.

– Существование в этой части города некрополя говорит о том, что в Средневековье здесь была его окраина?

Та территория, которую сегодня мы воспринимаем как центр Старой Руссы, в XII веке была окраиной средневекового города. И как раз Ильинский первый раскоп (2025) и Ильинский второй (2025-2026), которые мы делали под будущую застройку для частных лиц, дали нам очень важную информацию по северной периферии исторического центра Русы. 

Мы знаем, что в XII веке эта территория была заселена. Здесь велась не только хозяйственная жизнь, но и были постройки, храмы, то есть жили люди. Обнаруженное нами кладбище существовало до начала XIII века. Потом захоронений на том месте уже не было. 

Видимо, в XIII веке, когда происходили печальные события, связанные с так называемым «малым ледниковым периодом» (резкое похолодание, изменение климата, сокращение численности жителей – прим. ред), эта территория пустовала или использовалась только для хозяйственных целей. Мы зафиксировали, например, следы распашки и огородные грядки. 

– Пахать на кладбище... Тогда это было нормально?

Не исключено, что за прошедшее «ледниковое» столетие о существовании кладбища люди забыли. Или же не придавали этому факту сакрального значения. А может быть у них просто не было выбора перед лицом голодной смерти и они распахивали ближайшую от города территорию, чтобы хватило сил собрать урожай как можно ближе к жилью.

Когда климат улучшился, численность людей стала расти, активно развивались ремёсла, торговля, а значит город вновь расширял границы. И на месте бывшего некрополя, а потом поля-огорода вновь появляются усадьбы. Причём очень плотной застройки. 

– Как хозяйственная деятельность повлияла на сохранность погребений?

Несколько погребений было потревожено. Часть человеческих костей оказалась в разрушенном состоянии, переотложена (вне погребальных конструкций – прим. ред). Дело ещё и в том, что древнерусские погребения очень неглубокие. Обычная могильная яма тех времён глубиной всего около полуметра. 

Тем не менее, материалы все собраны. Их будут изучать антропологи, есть предварительная договорённость с коллегами. У нас будет возможность отправить часть материала на генетическую экспертизу. Сейчас создаётся соответствующая база информации, и коллеги наверняка будут рады взять у нас материалы. Тем более это городские материалы, которые достаточно узкодатированные.

Мы направим на экспертизу наиболее сохранившиеся в погребениях зубы, потому что они дают важную генетическую информацию. И учёных заинтересовал череп, в котором сохранились ушные раковины. Как говорят антропологи, там есть пластиночка, в ушной раковине, которая самая «информативная» при проведении генетических исследований.

– Расскажите о самом «богатом» погребении. Что сейчас известно? 

Как я уже говорила, большинство погребений на Ильинском втором раскопе – безинвентарные, по христианскому обряду. И только одно погребение (женское – прим. ред) оказалось с богатым погребальным инвентарём.

Внешне – плохой сохранности. Поэтому мы брали его монолитом, то есть вместе с землёй, и уже в камеральной лаборатории разбирали. Сейчас все находки должным образом обработаны и консервируются. Там очень красивые элементы костюма, крупные булавки, сохранилась даже часть убора причёски. 

По внешнему облику находки напоминают финно-угорские древности, то есть, возможно, это погребение женщины, которая приехала в Русу за мужем, но сохранила свои традиции, в том числе и свой убор.

– То есть анализируя состав населения Русы XII-XIII веков, нельзя утверждать о проживании на этой территории одного определённого этноса? 

Руса была многонациональным поселением, как и Новгород. Мы это знаем по многочисленным археологическим находкам. Здесь могли не просто быть проездом, но и постоянно проживать люди совершенно из разных земель. 

Безусловно, такое богатое этническое погребение для Старорусской археологической экспедиции НовГУ – это первое, очень для нас важное и очень интересное, требующее кропотливого изучения.

– Что археологи нашли на территории усадеб, которые рушане успели построить до «малого ледникового периода» и после него, когда город вернулся в свои границы? 

Люди, которые жили в усадьбе, вскрытой на Ильинском втором раскопе, вели достаточно активную жизнь. Здесь найдена серебряная гривна, пять вислых печатей. Одна – домонгольская, то есть XII века. И ещё четыре: XIV – начала XV веков. Что для нас очень важно, последняя печать принадлежит кому-то из рода Обакуновичей. 

Напомню, что в 2012 году на Пятницком первом научном раскопе нами была найдена печать Фомы Обакуновича, посадника Руського. И тогда же были обнаружены печати двух его братьев, Александра и Иова. Печать 2026 года на Ильинском втором раскопе, скорее всего, одного из братьев. 

К сожалению, мы пока не можем прочитать оборотную сторону, потому что печать очень плохой сохранности. Но может быть среди находок прошлых лет нам удастся найти матрицы, близкие к нашей печати. И тогда получится установить, кому из братьев Обакуновичей она могла принадлежать.

– Особенно ценно, что полученными результатами и научными выводами участники экспедиции всегда по окончании сезона охотно делятся с местными жителями на «Археологических пятницах». Когда состоится ближайшая?

Итогами работы Старорусской археологической экспедиции 2026 года мы готовы будем поделиться с рушанами на нашей традиционной «Археологической пятнице» в октябре.

С одной стороны, конечно, гораздо комфортнее работать на научных раскопах, какими были наши Пятницкие первый и второй у курорта, когда ты решаешь научные задачи, образовательные, занимаешься популяризацией истории и археологии Старой Руссы. Когда у тебя за спиной не стоят строители, которые говорят, что нужно археологию сделать быстрее-быстрее. 

Но, с другой стороны, каждый год доказывает нам, что не только благодаря научным, но и благодаря спасательным раскопам история Старой Руссы каждый год пополняется новыми ценнейшими данными.

Старая Русса развивается, строится, а значит, археология будет востребована всегда. Она нужна, чтобы не потерять ни одной крупицы нашего прошлого.