Суд рассматривает дело о гибели ребёнка в больнице в 2017 году. Обвиняемая — медсестра

2.0K
5
Автор: Алина Щеглова
Вторник, 16 июня, 22:35

В Новгородском районном суде продолжается рассмотрение уголовного дела в отношении медсестры областной детской клинической больницы Анны Арсиной. Её обвиняют в неоказании помощи больному, повлёкшем по неосторожности смерть ребёнка.

Трагедия произошла в 2017 году. В сентябре того года 6-летняя Милена Семёнова сломала шейку бедра, упав с качелей. Её госпитализировали в областную детскую клиническую больницу, где она лечилась в течение месяца. Затем её выписали и наложили на ногу гипс, так как на снимке, по словам родственников, всё ещё было видно смещение.

Через некоторое время девочку стала беспокоить нога — она стала опухать под гипсом. В итоге её снова положили в больницу на операцию. Операция прошла в пятницу, в субботу девочка чувствовала себя не очень хорошо, к воскресенью её состояние ухудшилось. В ночь на понедельник, 13 ноября, у неё повысилась температура, к утру она перестала дышать. Тогда в срочном порядке прибыла бригада реаниматологов, но девочку спасти не удалось.

В суде заслушали показания свидетелей со стороны обвинения — отца Милены и её родственников — бабушки, дяди и тёти.

По словам отца ребёнка — Игоря Семёнова, он не мог предположить, что всё так закончится, он успокаивал супругу и говорил, чтобы она доверяла врачам и не переживала.

— Я совсем по-другому видел нашу медицину. Я лежал во взрослой больнице, всё очень хорошо было. Я думал, уж в детской тем более должно быть так. Оказалось — нет, — сказал Игорь Семёнов.

По его словам, девочке не давали антибиотики после операции, что привело к сепсису. Он сказал, что у ребёнка после операции взяли анализы, которые показал скачок скорости оседания эритроцитов (СОЭ) — Игорь Семёнов назвал это первым признаком сепсиса.

— Занесли во время операции, я даже не сомневаюсь. Потом поспособствовали, чтобы это не было установлено. Резкое ухудшение наступило ночью, а дальнейшие действия медсестры усугубили это состояние. Она добила просто её и всё, — заявил Игорь Семёнов.

Он пояснил, что когда медсестра вызвала бригаду реаниматологов, они на неё «орали в нецензурных выражениях» так как было уже поздно.

Также он сообщил, что экспертизу готовили три месяца, хотя должны были сделать за месяц. По его словам, ему позвонила какая-то девушка и сказала, что экспертиза давным-давно готова. После публикаций в СМИ, экспертизу им выдали. При этом врачи также заявляли о недопустимости таких длительных сроков проведения экспертизы, а также имели вопросы к выводам, сделанным специалистами. Всего было проведено не менее семи экспертиз. На основе которой из них был сделан вывод о сепсисе, как о причине смерти, свидетель не уточнил.

— Вообще, со слов одного из сотрудников минздрава Новгородского было заявлено «у нас в больницах от сепсиса не умирают». Хотели на пневмонию всё свести, — сказал отец ребёнка.

Также в качестве свидетеля со стороны обвинения выступил Иван Москаленко — дядя ребёнка. Он приехал в больницу утром в понедельник, до того, как на место смог приехать отец.

Иван Москаленко сообщил, что ему позвонили из больницы и попросили приехать помочь. Когда он туда приехал, оказалось, что Милена уже умерла, и её отвезли в перевязочную. Он зашёл туда, увидел лечащего врача Дарью Виноградову, плачущую над ребёнком. Она сказала, что девочка захлебнулась рвотными массами. По его словам, медики суетились, хватали документы и папки и говорили о том, что девочку надо перевозить в морг. Ивана Москаленко это насторожило, поэтому он позвонил в Следственный комитет, а сам заперся в перевязочной и никому не позволил увезти тело девочки.

— Я не могу обвинять врачей огульно. Но я считаю, что на тот момент медсестра не сделала ничего в принципе. Как и врачи. Я считаю, что медсестра не должна отвечать одна за всё. Там должно было быть как минимум трое людей. Факт остаётся фактом — медсестра одна не виновата. Она одна. Они там были все вместе. Но на тот момент она не сделала в принципе ничего, — заявил Иван Москаленко.

Адвокат со стороны обвиняемой за всё заседание задал всего один вопрос, он поинтересовался у Ивана Москаленко, делала ли медсестра хоть что-нибудь. Свидетель ответил, что если бы медсестра сразу отреагировала на просьбы матери о помощи, никакого суда бы не было.

Также на суде допросили бабушку Милены Надежду Семёнову и тётю ребёнка — Екатерину Москаленко. Они подтвердили показания других свидетелей обвинения. 

На следующем заседании суд приступит к опросу медицинского персонала. На первое заседание, на котором выступала мать Милены Светлана Семёнова, из-за ограничений, вызванных пандемией коронавируса, из СМИ допустили только съёмочную группу «Новгородского областного телевидения».

Напомним, 2 июня медики ОДКБ вышли на Софийскую площадь в поддержку коллеги. Они связывают произошедшую трагедию с кадровым дефицитом. По их словам, если и есть чья-то вина, то уж точно не постовой медсестры, и организационный провал играет не последнюю, а, скорее, определяющую роль.

Смотрите также

Родители на дистанционке 24

Сегодня в Новгородской области, как и во многих регионах России, началось дистанционное образование в школах. Для многих родителей это оказалось отягчающим обстоятельством и без того непростого для психики режима всеобщей самоизоляции.

Руководитель ОГАУ «АИК» Сергей Бондаренко борется в суде с Алексеем Чурсиновым за свою честь и достоинство 13

В Новгородском районном суде начали рассматривать иск руководителя ОГАУ «Агентство информационных коммуникаций» Сергея Бондаренко против вице-спикера Алексея Чурсинова, интернет-издания «Ваши Новости» и Антония Киша. Поводом к судебному разбирательству стало цитирование отчёта Новгородской Счётной палаты, которая проанализировала деятельность ОГАУ «АИК».

Препарата нет и в ближайшее время не будет: в Великом Новгороде онкопациент год не может получить необходимое лечение 14

Несмотря на активное внедрение и продвижение нацпроекта «Здравоохранение», регионы испытывают трудности в обеспечении льготников бесплатными лекарствами. Новгородская область — не исключение.

Комментарии